13:45 

Фанфик "Трубка, скрипка, зеркала"

Трубка, скрипка, два ствола
Название: Трубка, скрипка, зеркала
Автор: Трубка, скрипка, два ствола
Бета: Трубка, скрипка, два ствола
Жанр: реалистическая проза / магический реализм.
Тема работы: Человек уезжает, и это может оказаться непоправимым. Хлопает дверью, и это тоже бывает непоправимо. Любое предательство непоправимо. Подлость непоправима. Вероломство непоправимо. Нет, это все пустой разговор. По-настоящему непоправима только смерть (Э. Хэмингуэй)
Тип работы: фанфик
Рейтинг: pg-13
Размер: 19,5 тыс. слов
Категория работы: джен
Тип: кейс-фик
Персонажи: Джон Уотсон, Шерлок Холмс, Дин Винчестер, Сэм Винчестер и др.
Дисклеймер: полный отказ от не своих прав
Саммари: Зеркала всегда правдивы.
Ссылка на скачивание полного текста работы: .doc | .pdf



Покойный Мармадьюк Мортимер Хенрик Уотсон редко выпивал больше трёх кружек пива. Но если выпивал, то обязательно говорил своему сыну:
- Джон! В любой ситуации помни: Господь за нас, потому что мы – его стража на грешной земле. И ещё одно. Если у тебя родится сын, не называй его, ради всего святого, Мармадьюком. А с остальным можно разобраться. Ты запомнил?
Он запомнил. Сына пока не было даже в проекте, как, впрочем, и дочери, и назвать Мармадьюком он никого не мог, даже если бы и захотел. Богу Джон всегда доверял, искренне считая, что именно благодаря высшим силам дожил до своих тридцати трёх. Но именно сейчас мудрое отцовское наставление казалось особенно бесполезным, даже издевательским.
Джон Уотсон стоял на коленях над мёртвой женщиной и бессильно кусал губы.
Он узнал её, хотя они никогда не были знакомы.
Вчера он раскланялся с ней на Харли-стрит, куда ездил к своему преуспевающему коллеге на консультацию. Вообще-то он не заигрывал с женщинами на улице, но эта сияла таким невероятным, открытым, безгрешным счастьем, что удержаться было невозможно: Джон приподнял котелок и с улыбкой поклонился. Он ни на что не рассчитывал, просто душевный порыв, просто полуосознанное желание получить на секундочку её улыбку в личное пользование. И она улыбнулась в ответ, очаровательно смутившись, слегка покраснела и ускорила шаг. Уотсон не позволил себе даже оглянуться ей вслед, накрыт внезапным озарением: наверняка эта молодая женщина только что точно узнала, что беременна, такое чистое сияние могут испускать только будущие матери… Больше ничего не было, абсолютно ничего! Пустяк, мимолётная встреча.
И вот её итог. Милое округлое личико, украшенное россыпью веснушек, искажено гримасой невыразимого ужаса, а зеленовато-карие глаза слепо таращатся в рассветное, осклизлое от дождя лондонское небо.
- Что с ней случилось, доктор?
«С ней случился я», - хотел ответить Джон, но вместо этого сказал:
- Разрыв сердца.
Лжец, лжец!
- Такая молодая, - жалостливо зацокала языком румяная леди в синем капоре.
Хорошая, по всему, тётка. Булочница, вдова. На исходе ночи она внезапно проснулась, ей показалось, что в лавке (а лавка находилась в первом этаже того же дома) кто-то есть. Наскоро одевшись, она спустилась на улицу по наружной лестнице. Лавка оказалась в полном порядке, зато на тротуаре почтенная дама нашла неподвижное тело. Подняла крик, послала за ближайшим врачом. Ближайшим врачом оказался Джон, и он ни на секунду не усомнился, что это тоже не было случайностью.
- Вызывайте полицию, мадам, - сказал Уотсон, поднимаясь с колен и отряхивая брюки. – Врач ей не нужен, но нужно установить, кто она, кто её родные. Это дело полиции. Скажете полисмену, что если понадобятся мои показания или иная помощь, пусть оставят записку, я освобожусь после пяти и буду полностью в их распоряжении. А сейчас – прошу прощения, мне нужно спешить к больному.
Беги, трус.
Он ушёл, не оборачиваясь, вжав голову в плечи и сильно ссутулившись. Лжец и трус, он бежал с поля боя, оставляя за собой очередного мертвеца. Никакой он не страж Господень, он загнанная крыса, боящаяся выглянуть из норы. Никакой больной его не ждал. Джон отменил все рабочие визиты ещё вчера до обеда, вернувшись с Харли-стрит. Его возвращения ждал посыльный с известием, что мистер Грейди, пациент доктора Уотсона, скоропостижно скончался два часа назад.
Сначала пришло удивление: как же так? Грейди уверенно шёл на поправку и уже провожал маслеными глазками бойкую горничную.
Через минуту пришло понимание. Это первый звонок.
Поспешая за бойким посыльным, Джон уже знал, что увидит. И перекошенное диким страхом посиневшее лицо пожилого толстяка, которому не повезло с врачом, не стало для него сюрпризом. Под аккомпанемент причитаний убитой горем родни Джон мог думать только об одном: его нашли.
Его нашли, и сегодня несчастная женщина заплатила жизнью за то, что необдуманно щедро подарила незнакомцу немного радости. Джон тихонько застонал. Он знал, что будет дальше. Он уже проходил этот круг ада. Пять лет назад ему уже довелось стоять одиноким колосом на жнивье смерти, больше всего жалея, что не его срезал безжалостный серп. Тогда он сбежал в Индию, в другой ад, ненамного лучший. Полгода назад вернувшись в Лондон, Джон наивно считал, что запутал след.
Он ошибался.
И на этот раз сбежать не удастся.

В берлоге прочно устоялся запах пыли и затхлости. Берлога необходима любому охотнику, который собрался осесть на одном месте на хоть сколько-нибудь длительный срок. Это правило Уотсон-старший вбил в наследника накрепко.
Берлога. Убежище, о котором знаешь ты один. В крайнем случае – ты и твой напарник, которому доверяешь больше, чем себе. Нора, глубже которой – только преисподняя. Берлога. Здесь можно отсидеться, если крепко прижмёт. Здесь можно хранить то, что не должны найти в основном жилье ни при каких обстоятельствах. В конце концов, просто иногда человеку нужно место, где он может немного побыть собой.
Полгода назад Джон за гроши снял эту халупу в Хакни-Уик на неопределённый срок и сделал из неё убежище одинокого охотника. Правда, с благоустройством пришлось немного попотеть, но так или иначе всё устроилось.
Он механически проверил целостность солевых дорожек на подоконниках и под дверью, наскоро просмотрел запирающие знаки и сигнальные метки. Всё цело, только есть одно «но» – в прошлый раз это всё не помогло. Ни капельки.
Он рухнул на ветхий стул, и древняя мебель жалобно крякнула. Джон уселся плотнее, по старой привычке сильно наклонившись вперёд и уперев локти в колени. Так ему всегда лучше думалось. Сделал несколько дыхательных упражнений, которым научился в Индии у хорошего человека. Да, так лучше. Теперь можно думать.
Кошмар вернулся за ним, кошмар выжидал пять с половиной лет, и с этим фактом надо смириться. Принять его, как условия задачи, как данность. Теперь Джон сможет это сделать, он был на войне и остался жив, на его душе наросла броня, которая поможет ему трезво и беспристрастно подойти к проблеме.
Джон уронил лицо в ладони. Какая там броня, если ужас остался там, под наростом? Гораздо глубже… гораздо. Он же не трус, он стоял, не шелохнувшись, и вбивал серебро, пулю за пулей, в оскаленную морду тигра-оборотня, который терроризировал одно маленькое селение милях в сорока от Ришикеша. Тигр упал, когда его и охотника разделяло не более ярда, шестую пулю Уотсон влепил практически в упор, между горящих ненавистью глаз людоеда. Джон не боялся буйных посмертий, умел договариваться с расшалившимися брауни, знал, что делать с неупокоенными разных видов, сталкивался с ведьмами и упырями… Но безликий страх, неуловимый, невидимый, безжалостный… Как убить то, чего не можешь даже назвать?
С большим трудом подавив панику, Джон прошёл в западный угол единственной комнатки своей берлоги. Там хранился запас виски. Он вытащил пыльную бутылку, откупорил, плеснул в не очень чистую кружку. Пропитанный дымом спирт обжёг гортань, и Уотсон закашлялся. На глаза навернулись слёзы, но в голове немного прояснилось.
Отец всегда говорил, что сперва надо убивать нечисть тем, что знаешь, а потом – тем, что есть.
А что есть?
Джон торопливо вывалил на дощатый стол свой арсенал. Серебро, святая вода в железной фляге, крест с заострённой длинной перекладиной. Кое-какие амулеты, так, с миру по нитке. Освящённые ножи, верный револьвер. Маленькая статуэтка Ганеши, подарок Майкла Стэнфорда. Друг и сослуживец уверял, что глиняный истуканчик приносит удачу, но Джон пока ничего похожего не наблюдал, однако фигурку слона с обломанным бивнем продолжал хранить. Старое, уже мутнеющее зеркало в костяной оправе, про которое отец говорил, что, по семейной легенде, ему можно задавать вопросы. Маленькому Джону очень нравилось спрашивать у куска посеребрённого стекла, он ли на свете всех милее, но в ответ любопытствующий неизменно получал только отражение собственных оттопыренных ушей. Впрочем, иногда мальчишке казалось, что он видит в зеркальной дали какие-то смутные картинки.
Джон невольно улыбнулся воспоминанию, пододвинул зеркало ближе к себе, выделив из общей кучи.
- Эх ты, - укоризненно сказал он бесполезному предмету, который по-прежнему исправно отражал только то, что положено отражать порядочному зеркалу, - оракул… Скажи, что мне делать? У меня нет оружия, которое может убить безликого, я не знаю, у кого ещё спросить совета. Могу, конечно, пустить себе пулю в лоб, но разве это остановит чудовище? Что мне делать, если я совершенно один, и помощи ждать неоткуда?
И обвёл пальцем оправу.
Зеркальце затеплилось тусклым бледно-жёлтым свечением.
Джон уронил кружку. Не дыша заглянул в светящуюся гладь.
Встретился взглядом с отражением, и почувствовал, как пол уходит у него из-под ног: мало того, что лицо в зазеркалье ему не принадлежало, так ещё и лиц этих было два!..



Дин, обуянный приступом острой хозяйственности – это нечто абсолютно неуправляемое. По разрушительной силе, как оценил Сэм, это стихийное бедствие оставляло далеко за флагом самум, наводнение и дождь из лягушек в штате Мэн.
Оставалось радоваться, что таких приступов на Сэмовой памяти было всего три.
Первый – когда тринадцатилетний Дин решил испечь пирог на папин день рождения. Пирог, точнее то, что должно было его изображать, Джон Винчестер стоически съел и даже похвалил. Сэм тогда ещё подумал, что папа – настоящий герой, и после этого подвига у него должны развиться какие-нибудь, хоть самые завалящие, суперспособности. Мотельную кухоньку они отскребали втроём три с половиной часа.
Второй приступ накрыл их в гостях у Бобби Сингера, лет через семь-восемь после первого случая. Но тогда они легко отделались, потому что Бобби вернулся раньше ожидаемого и решительно пресёк все поползновения навести порядок в жилой части дома. Так что Дин только успел отломать дверцу от книжного шкафа и потерять несколько нужных вещей (сам Дин уверял, что ничего он не трогал, а Сингеровская берлога жрёт манускрипты и носки совершенно самостоятельно).
И вот – третий! Бункер Летописцев содрогался в непритворном ужасе, когда старший Винчестер с грохотом проносился его коридорами с криком: «Смотри, что я нашёл!» Смотреть было, спору нет, интересно.
- Какие рога! Ты только глянь, вот это рога! – восторгался Дин, размахивая действительно знатными лосиными рогами. Рога крепились к сосновой дощечке, а на правой ветви болтался жестяной инвентарный номер.
- Ты запомнил, откуда это взял? – безнадёжно вопрошал Сэм, пытаясь рассмотреть бирку. – Тут же всё по полочкам…
- Да хрена ли нам полочка! – рогоноситель воинственно потряс трофеем. – Ты глянь, какие…
Правый рог отпал, хрустнул о плитки пола и разлетелся на длинные волокнистые щепки.
- Тем более на хрен полочку, - резюмировал Дин, сунул уцелевший рог в руки брату и унёсся за очередной жертвой.
Сэм пошёл за веником, забросив бывшую гордость матёрого копытного на плечо, как самурай – двуручный меч. Останавливать Дина было бесполезно, да он и не собирался. Оживлённый, увлечённый, отвлечённый от насущных проблем Дин смотрелся совсем мальчишкой, вёл себя как мальчишка и… Сэму страшно хотелось, чтобы эта игра продлилась как можно дольше. Чёрт с ними, с артефактами. Тем более, этот вполне может оказаться не артефактом, а, скажем, вещдоком, проходящим по какому-нибудь давно забытому делу. Или просто подарком самоотверженных работников летописания главе филиала в связи с разводом.
Сэм примостил уцелевший рог в кучку сорванных с мест предметов. Он лелеял надежду когда-нибудь разложить разномастное барахло, по неведомым причинам приглянувшееся его брату, по местам, в строгом соответствии с реестром и инвентаризационной ведомостью. Знал, что едва ли этим девичьим мечтам суждено сбыться, но…
Он неторопливо сгребал в кучу роговые щепки, когда очередной восторженный вопль: «Смотри, что я здесь!..» сменился грохотом и воплем совершенно не восторженным. Сэм отшвырнул веник и со всех ног помчался на звук. За те несчастные сорок секунд, которые понадобились для преодоления двух лестничных пролётов и небольшого коридорчика, он успел перетасовать в голове две дюжины вариантов того, какую пакость умудрился обнаружить его брат. Но всё оказалось гораздо прозаичнее. Ящик Пандоры, ежели таковой и хранился в Бункере (а Сэм этого варианта не исключал), остался невскрытым. Просто Дин навернулся со стремянки, обрушил стеллаж и теперь слабо шевелился под грудой картонных коробок и фанерных ящиков.
- Понизу, что ли, мало интересного? – задал Сэм риторический вопрос, торопливо отгребая пыльные вместилища неведомого с организма старшего брата. – Какого чёрта тебе приспичило лезть под потолок? Чтобы станцевать джигу?
Но когда из-под вороха каких-то перьев, собранных в лохматые пучки, показалось лицо Дина, шутки кончились. Лицо было не по-хорошему бледным и каким-то застывшим.
- Дин? – тревожный оклик. – Что?
- Нога.
Голос почти не дрожал. Но Сэм уже увидел. Носок правого Динова ботинка вывернулся под таким углом, что все сомнения в том, в порядке ли нога, отпали сами собой.
- Талант, - коротко констатировал Сэм. – Обойтись без серьёзных травм после стычки с Рыцарем Ада и сломать ногу, грохнувшись с лестницы – это надо уметь. Не всем, знаешь ли, дано.
Он бухтел и в то же время действовал. Подобрал пару подходящих планок, одну из которых пришлось отодрать от подвернувшегося под руку ящика. Разгерметизированный ящик охотно срыгнул на пол кучкой мелких предметов, но Сэм не обратил внимания. Моток прочной бечевы и старая наволочка интересовали его гораздо больше.
- Ненавижу этот момент, - проворчал Дин, наблюдавший за братом без особого энтузиазма. Попыток приподняться он не делал. – Быстрее, коновал косорукий. И ботинок сними. А то распухнет, как в прошлый раз, в больнице срежут, а это у меня последняя пара.
- За тайленолом сходить? – предложил косорукий коновал, стараясь сдержать дрожь в руках. Он тоже ненавидел моменты, когда его действия причиняли брату боль. А при наложении шины на сломанную ногу это неизбежно.
- Да не помогает он нифига, - отмахнулся травмированный. – Лучше давай быстрее, пока не началось.
Сэм кивнул. Да, поторопиться имело смысл, пока шоковый адреналин в крови действует не хуже патентованного анестетика. Он быстро присел на корточки, распустил шнурок и аккуратно, плавно потянул на себя за пятку правый ботинок лежащего брата.
- Легче! – рыкнул Дин, сцепляя челюсти створками капкана. На лбу и над верхней губой заблестели крупные капли пота, а пальцы конвульсивно стиснулись в кулаки.
- Прости. Надо будет завести в доме тапочки.
Ботинок отделился от ноги, и Сэм попытался улыбнуться, хотя смешно ему не было совсем. Чуть выше лодыжки выпирала, натягивая кожу изнутри, сломанная кость, и что делать с этим дерьмом, он не знал.
Дыхание Дина стало неровным, прерывистым, и это тоже не нравилось до ужаса.
- Не копайся, - прохрипел он, - давай свои палки…
Сэм покачал головой. Он понял, что от следующего прикосновения к перелому Дин просто потеряет сознание.
- Я сбегаю за чем-нибудь обезболивающим. В этот раз, похоже, началось раньше. Я не хочу…
- К чёрту, - перебил старший. – Перетерплю. Только в больницу неохота. То есть как раз охота, только на нас…
- Перетерпит он… Ты на себя посмотри!
И Сэм, которого эта бравада вкупе с собственной некомпетентностью уже успели вывести из равновесия, выхватил из кучи рассыпанной мелочёвки старое зеркальце в костяной оправе и поднёс к лицу Дина.
- Ты же на себя не похож!
Неожиданно Дин взял зеркальце и как-то необычайно внимательно в него вгляделся.
- В кои-то веки ты прав, - сказал он задумчиво и рывком сел, дёрнувшись от боли. – Это, можно сказать, совсем не я.
Сэм мгновенно перебросил тело так, чтобы подпереть плечом неустойчивого брата и заглянуть в зеркальце под тем же углом, что и он.
- Ох, бля, - только и смог сказать.
Из зазеркалья на них таращились абсолютно незнакомые круглые серые глаза. Выражение растерянного удивления на простоватой физиономии отражения подчёркивалось оттопыренными ушами.
- Ты ещё кто? – поинтересовался Дин. – И что ты делаешь в зеркале?



Лица приятные, ничуть не испуганные. Молодые люди, едва ли старше самого Джона. Акцент странный. Зеленовато-карие глаза одного и россыпь веснушек на носу и скулах другого болезненно потревожили свежую рану: не иначе, мёртвая женщина поделилась…
Но если Господь действительно не оставляет своих стражей…
- Моё имя Джон. Джон Уотсон. Я просил помощи.
- Здорово, - ухмыльнулся обладатель веснушек. – А мы, значит, бригада по вызову.
Оправившись от первого потрясения, Джон вгляделся в лицо нахала внимательнее. Веснушки яркие, потому что кожа бледная. Зрачки – как острия иголок. Пот на лбу и над верхней губой. Жила на виске бьётся слишком часто.
- У вас болевой шок, - выпалил он. Диагноз сложился сам собой, не потребовав дополнительных усилий ума. Сколько таких окаменевших лиц он перевидал за последние пять лет…
- А ты говоришь, как британец, - пренебрежительно осклабился веснушчатый.
Да, и дыхание – тоже.
- Я и есть британец.
- А у меня и есть болевой шок.
- Он ногу сломал, - вмешался наконец-то второй парень, довольно вежливо. – А вы – врач?
- Да.
Ситуация оборачивалась фарсом. Джон просил помощи, но, похоже, этим ребятам помощь была нужнее.
- Показывайте травму, - сказал он. – Остальное – после.
Если принять, что недоверие может иметь вес, то на Уотсона из зазеркалья обрушилось тонны две, не меньше. А и верно, с какой стати они должны ему верить? Большинство здравомыслящих людей вообще не стали бы разговаривать с посторонним отражением.
Зеркало в руке Джона дрогнуло, так, что он на мгновение потерял собеседников из виду, а когда изображение вернулось, то лица последних приобрели совершенно другое выражение. Ещё одно чудо на сегодня? Не многовато ли?
- Хорошо, док, - поспешно сказал более вежливый парень. – Меня зовут Сэм Винчестер. Моего старшего брата – Дин. И вы нас чертовски выручите, если поможете советом.
Предполагаемый пациент промолчал, и что-то подсказало Джону, что это уже очень много.
Джон почесал в затылке. Что же заставило их так резко переменить отношение? Он думал, пока Сэм разрезал штанину на раненой ноге брата и пристраивал обзор. А когда понял…
Дьявол!
Когда зеркальце в его руке качнулось, в поле зрения Сэма и Дина наверняка попал стол с охотничьими принадлежностями, разложенными на столешнице. Неужели такое возможно?..
Ещё интереснее. Но это тоже – потом.
Осмотрев повреждения, Джон присвистнул.
- Меня радует, - сказал он, чтобы не молчать, - что кожные покровы целы.
Дин, который к тому времени уже откровенно позеленел, сказал, что его уже вообще ничего не радует, и что хорошо бы начать что-нибудь делать. Уотсон ответил, что без хлороформирования тут делать нечего. Дин выругался, Сэм побежал искать хлороформ, гипсовые бинты и разное по мелочи. Пока он бегал, Джон узнал о себе немало нового, но спорить не стал: он знал такую реакцию на болевой шок, и знал, что она присуща, как правило, очень отважным людям.
В поле обзора появился Сэм с набором предметов, которые ему велел отыскать доктор. Младший из братьев Винчестер сообщил, что некие летописцы (Джон не понял, к чему они там) – невероятно запасливые люди, и арсенал медикаментов, как на сорок лет назад, у них могуч. Дин из последних сил хорохорился, говорил, что стакан виски с успехом заменит всю эту хлородрянь, но, придавлен к полу сердитым от волнения братом, оставил неуместную браваду и подчинился. Не прошло и получаса, как больной уже крепко спал, размеренно дыша в самодельную маску, а морщины на его лбу разгладились. Скатки из одеял, по указаниям Джона подложенные в стратегически важных местах, придали телу Дина наиболее удобное для манипуляций положение.
И началась самая странная операция на памяти доктора Уотсона. Он руководил, Сэм – исполнял. Используя помимо слов мимику, жесты и проверенные солдатские солёные выражения, Джон, как мог, объяснил своему ассистенту, что именно тот должен чувствовать подушечками пальцев, когда обломки кости ложатся как надо. Сам-то Джон подобные ощущения хорошо знал, особенно после мясорубки под Калькуттой, а вот передать их словами оказалось сложнее. Но парень оказался весьма способным и понятливым, а некоторые вещи схватывал буквально на лету.
Они вдвоём обливались потом по обе стороны зеркального стекла, раздражённо рычали друг на друга, но дело постепенно продвигалось. В результате придирчиво осмотренная Уотсоном конечность Дина Винчестера укрылась до колена толстым, надёжным лубком. Сэм, кряхтя, перетащил брата на низкую тахту и почти без сил шлёпнулся рядом, прямо на пол.
- Ёханый бабай, - выдохнул он, трясущимися руками размазывая гипсовую полузастывшую массу по лицу. – Как будто на мне всю Небраску вспахали. Не зря я не захотел идти в медицину. Неужели – всё?
- Не имею чести знать упомянутое вами существо, но пока – всё. Только ждать, пока очнётся.
Джон потянулся к забытой на время операции бутылке и обнаружил, что у него тоже дрожат руки.
- Хорошая мысль, - одобрил Сэм, проследив движение доктора. – И вы классно руководили, док. С таким сложным переломом я бы сам не справился, а в больнице нам пока что нежелательно показываться. Я вообще удивляюсь, что вы не потребовали рентгеновский аппарат и штат медсестричек.
Джон с трудом проглотил спиртное.
- Да я… что тут такого… - замямлил он как обычно, когда его хвалили. – А что такое рентгеновский аппарат?
Сэм задумался. Его подвижное лицо забавно меняло выражение от недоумённого до скептического и далее – к просветлённому.
- Вы не падаете в обморок, если в зеркале вместо вас отражается кто-то другой. Вашему револьверу место в музее. Вы странновато одеты и привыкли пользоваться хлороформом на операциях вместо современного наркоза.
- Не люблю опиаты, - пожал плечами Джон. За револьвер он немного обиделся, но решил смолчать по этому поводу. – Непредсказуемое поведение пациента на операционном столе…
- Вот именно. Что ж… - Винчестер съехал на бормотание, но тут же вернул голосу силу: - Это Бункер, в конце концов. Какой у вас год, доктор Уотсон?
- Тысяча восемьсот восемьдесят первый от рождества Христова, если не врёт «Таймс».
Сэм довольно хлопнул себя по колену.
- Привет из две тысячи тринадцатого! Рассказывайте, док. Пока Дин спит, я могу начать думать. Не знаю, как работает эта хрень, - кивок на зеркальце, - но ясно, что кроме как выслушать и попробовать дать совет, я ничем вам не помогу. А то и совета не получится.
- Две тысячи… тринадцатый?! – Джону показалось, что глаза у него сейчас полезут из орбит. – Две тыся…
- Да ладно вам, - беспечно перебил Винчестер. – Просто ещё один вид сверхъестественного. Вы разве не сталкивались с монстрами, которые могут шалить со временем?
Джон с трудом сглотнул сухим горлом.
- Оборотни, демоны, ходячие мертвецы, - начал он перечислять невесть зачем. – Вампиры. Духи. Фейри разве что...
- Хампти-Дампти? – предложил Сэм, начиная улыбаться.
- Идите к дьяволу, - буркнул Уотсон, возвращая самообладание. И добавил после паузы: - Коллега.
- Уже был. Там скверно, коллега.
- Я нахожусь в пекле сейчас. И тут действительно скверно.
- Рассказывай. Не теряй времени. Оно в пекле дорого стоит.
- Дороже, чем ты думаешь. Слушай.



- Всё началось чуть больше пяти лет назад.
Уотсон сделал паузу и основательно приложился к бутылке. Своё зеркало он ещё до начала операции закрепил в щели на подоконнике, поэтому мог не носить его в руке. Сэм подумал, что и ему неплохо бы по части выпивки последовать примеру лопоухого доктора, которого зовут, как какого-нибудь героя новелл Конан Дойла. Как того звали по имени, вспомнить бы?.. Но идти на кухню было лень, очень уж славно сиделось возле спящего, уютно закутанного в одеяла Дина. Чёрт с ней, с выпивкой, пускай Джон за двоих глотнёт.
- Мы с отцом возвращались с кладбища ближе к рассвету, рядовое дело…
- Посолить и сжечь, - подмигнул Сэм. – Твой отец – тоже охотник?
- Был. Да, он был отличным охотником, мне до него далеко.
- Наш с Дином – тоже. И тоже – был.
Винчестер почувствовал, что его симпатия к зазеркальному коллеге потихоньку выходит за рамки деловых отношений.
Джон кивнул, принимая к сведению, и продолжил:
- На пороге лежала наша квартирная хозяйка, мисс Холлидэй. Она была мертва, и на её лице застыл самый большой ужас, который можно себе представить. Повреждений на её теле я не обнаружил. Я решил, что это был разрыв сердца, всё-таки мисс Холлидэй была немолода и часто жаловалась на одышку. Отец сказал, что она, должно быть, хотела позвать на помощь соседей, но не успела. Мы оба ошиблись самым роковым образом. И за следующие дни вокруг нас образовалась буквально мёртвая зона: все люди, с которыми мы так или иначе имели дело, умирали от страха, и никаких следов насилия. Знакомые охотники, с которыми доводилось сотрудничать и дружить. Кэбмен, который нас подвёз, очень милый человек, всю дорогу рассказывал про своих маленьких дочек. Мои пациенты. Архивариус. Кладбищенский сторож, приятель отца. Мои студенческие друзья. Все, кого мы так или иначе касались. Искали ведьму, которая могла бы наложить такое родовое проклятие, но без результатов. Искали любые сведения о нашем невидимом убийце, но ничего не нашли. Немного похоже на одно редкостное существо, в Уэльсе его называют «оно», но «оно» никогда не убивает избирательно, сама его суть в стихийном выборе жертв. А в нашем случае – преследование в чистом виде. Мы уехали из Лондона, но это не остановило эпидемию смертей. Это, чем бы оно ни было, шло по нашему следу. А когда умер отец, я понял, что оно шло не за нами. Оно шло только за мной. Я телеграфировал брату Генри в Австралию, он, слава Богу, отозвался сразу. Тогда, будучи в полном отчаяньи, я подумал, что если бежать достаточно далеко, то этот кошмар отстанет. Он же не смог добраться до Генри! И я бежал. Завербовался на военную службу, уплыл в Индию. В чём-то я оказался прав. Загадочные смерти прекратились, те немногие коллеги, кто остался жив, писали мне об этом. Больше в Англии не находили мертвецов с перекорёженными ужасом лицами. И на чужбине ничего такого не происходило. Покойников-то, конечно, хватало, но причины этого не выходили за рамки обычных, человеческих. Хотя иногда я сомневался в том, что человеческих. Война и человечность плохо сочетаются между собой.
Уотсон потемнел и снова схватился за бутылку. Сэм молчал, выжидая.
- Полгода назад я вернулся, купил маленькую практику. Думал, что всё будет хорошо.
- Оно тоже вернулось, - сказал Винчестер скорее утвердительно, чем вопросительно.
- Да. Вчера. Уже двое, и неизвестно, кто следующий. И когда – тоже неизвестно. Возможно, прямо сейчас. Я в течение пяти лет расспрашивал всех, кого можно, на двух материках. Вёл переписку со специалистами, даже спиритов, да простит мне Господь, привлекал. Но не узнал о своём проклятии ничего. И бежать вечно тоже не могу. Вот, одна надежда на вас, людей из будущего. Если вы не поможете, то хоть душу в заклад неси.
- Не стоит, - обронил Сэм. – Штрига?
- Нет. Никто из жертв не спал. Не стрига, не инкубонис, не деманий страха. Сэм, я уже думал о пуле в лоб, и если бы доподлинно знал, что это исчезнет со мною навсегда, то…
- Не паникуй, коллега. У нас очень большие возможности по части поиска информации. Мы обязательно узнаем, как убить эту тварь, и ты её убьёшь.
Джон съёжился на своём стуле, зарыв лицо в ладони, и Сэм отчётливо увидел, что оттёртые руки врача дрожат. Храбрый, добрый, великодушный человек, который, даже будучи на грани самоубийства, в первую очередь занялся чужими проблемами… Нет, невозможно допустить, чтобы…
- Мы обязательно узнаем, - повторил Винчестер, вложив в свои слова столько уверенности, сколько в них поместилось. – Продержись ещё немного, Джон.



- Слева заходи, слева! – азартные вопли, доносящиеся из хранилища, заставили Сэма ускорить шаг. Кофе в большом пластиковом стакане булькал в такт, а папка с бумагами, зажатая подмышкой, в такт же хлопала его по боку.
- Чем, чёрт побери, он там со сломанной ногой занимается? – пробормотал он, не переходя на бег только из опасения облиться кофе. – Только два часа, как из-под наркоза вышел…
По старой, въевшейся в плоть привычке, прежде чем вломиться в помещение, он сперва заглянул в щель между косяком и дверью. И облегчённо выдохнул.
- Кочергой, кочергой! – орал Дин, пристально всматриваясь в зеркальце и поворачивая его то влево, то вправо, явно следя за перемещающимся в зазеркалье объектом. Выглядел старший совсем не плохо и, судя по всему, загипсованная нога особых неприятностей ему не доставляла. Не болела – это точно.
Теперь Сэм мог слышать и вопли Джона:
- Альбер! Прекрати немедленно! Да остановись ты, нечистая сила!
И что-то загрохотало. Дин начал хихикать.
- Это круче, чем шоу Опры, - повернулся он к брату, каким-то особым образом почуяв его присутствие. – Это даже круче, чем «Доктор Секси»!
- А подробнее? – не смог не улыбнуться в ответ Сэм.
- Сам расскажет. Джон! Тебе не надоело скакать по мебели? Малый интересуется, чем ты занят.
И снова затрясся от смеха.
- О! Ты уже вернулся? – раскрасневшаяся физиономия Уотсона заполнила зеркальную поверхность. – Это Альбер, он брауни, - пояснил он немного виновато. – Я забыл купить ему сливок, и он немного… огорчился.
И тут же рявкнул через плечо:
- Оставь это в покое, паршивец! Я же пообещал двойную порцию в следующий раз!
Тихий писк на грани разборчивости.
- Ладно, - Джон устало махнул рукой. – И сказку про эльфов, только чуть позже. Вымогатель.
В зазеркалье стихло.
- Ты приручил полтергейст? – приподнял бровь Сэм. Он прилагал массу усилий, чтобы не заржать в голос.
- Не очень приручил, - признался Джон. – И он – не совсем полтергейст. Он из рода фейри. У нас… что-то вроде договора. Если коротко, то эту развалюху мне продали за сущие гроши, зато с Альбером в нагрузку. Какое-то время мы выясняли, кому именно из нас принадлежит данное строение, но, в конце концов, пришли к соглашению.
- А святой водой по углам, крест под порог, полынь над дверью и две молитвы? – поинтересовался Дин, принимая от брата кофе и кусок пирога.
Уотсон замялся и опустил взгляд.
- Да понимаешь, - промямлил он, - это всегда успеется, а за Альбером был приоритет во времени… И вообще, он невредный, а иногда и полезный… Я ему ношу сливки, а он следит, чтобы моё имущество… э-э-э… весьма специфическое… никто не трогал в моё отсутствие.
- А сказки?..
- Ты узнал что-нибудь? – перебил Сэма врач-охотник. Видимо, его эти разговоры смущали.
- Немного, - младший Винчестер посмурнел. – Ни под какое описание твоя тварь пока не подходит, но архив такой большой…
- Понятно, - сказал Джон, и было видно, что он изо всех сил старается не показать разочарования.
- Зато, - поднял указательный палец Сэм, - я нашёл кое-что, возможно, получше. Имя Шерлока Холмса тебе о чём-нибудь говорит?
Дин открыл набитый пирогом рот, но брат жестом попросил его молчать. Тот кивнул и сосредоточенно заработал челюстями. Джон пожал плечами.
- Не знаю такого. Это охотник? Хотя нет, в Лондоне и в ближайшем округе я всех, кажется, знаю.
- Нет. Он не охотник. Он Летописец, Знающий. И в свободное время – частный детектив.
Уотсон состроил гримасу вежливого удивления.
- Видишь ли, мы в этот бункер, в хранилище знаний, попали совсем недавно. И даже на то, чтобы разобраться в их каталоге, у нас уходит куча времени. А Летописцы – это те, кто этот каталог составлял. Они действительно – Знающие, - слово «были» Сэм проглотил. – Мы, конечно, будем продолжать расследование, но для тебя важно время. Поэтому я и советую обратиться за помощью еще и к ним. К тем, что живут сейчас, в твоём времени.
- К мистеру Шерлоку Холмсу? – уточнил Джон, задумчиво покусывая костяшки пальцев. – А он не пошлёт меня к дьяволу с моими проблемами?
- Может, - не стал подслащивать пилюлю Дин. – Они, Летописцы эти, такие… зазнайки… Прям-таки фу-ты ну-ты.
И сделал соответствующее выражение лица – надменное, противное и кислое одновременно.
Уотсон перестал грызть палец и весело хмыкнул.
- Так что, - включился Сэм, - ты к этому мистеру подкатись попервам на кривой козе. В расск… В общем, есть информация, что именно сейчас этот самый Холмс ищет подходящего компаньона, чтобы на паях снимать жильё, так что повод у тебя есть.
- Где? – коротко спросил врач.
Дин мысленно одобрил то, как скоро их далёкий собеседник перешёл к делу.
- Бейкер-стрит, 221б. И, Джон?..
- Да?
- Не потеряй зеркало.

***

- Чувак, я тебя правильно понял? – осторожно спросил Дин, выразительно поведя глазами, едва они зачехлили зеркала. – Это что, – ТЕ САМЫЕ?! Конан Дойл, Дауни-младший и всё такое?! Доктор Уотсон – охотник?! Тогда Джуд Лоу – целиком при делах! Холмс – Летописец, как Генри?! Зашибись!..
Сэм привычно подождал, пока буря утихнет, и кивнул.
- Мало того, - сказал он, и его слова отдавали крепчайшим самодовольством, - сам сэр Артур Конан Дойл был Знающим. И в своих рассказах вывел образ именно этого Холмса. Ну, только подчистил всё, связанное с потусторонней деятельностью. Я нашёл документ, представляешь?! Сам ошизел!
Дин присвистнул и откинулся на подушки. На его лице отразилась целая гамма противоречивых чувств.
- Я в деле! – воскликнул он, наконец. – Сооруди мне из чего-нибудь костыли, и айда в библиотеку. Не люблю копаться в бумажках, но всё равно пока заняться нечем.
Сэм, ненавязчиво наблюдавший за братом, в очередной раз подумал о том, что когда старший не напряжён, у него чертовски выразительная мимика.
- Любая помощь будет кстати, - Сэм решил ответить нейтрально. – Работы действительно дохера. А времени у Джона немного.
И порысил за костылями, которые успел приготовить загодя. Вообще-то он обнаружил в богатом здешнем медотсеке и коляску, но, во избежание ДТП и новых переломов, решил Дину пока о ней ничего не говорить.



Сощуренные бутылочно-зелёные глаза-буравчики смотрели… никак. Ни приветливо, ни осуждающе, ни вопросительно… Никак. Просто смотрели, но Уотсону моментально стало неуютно. Как после плена, когда их передвижной госпиталь отбили свои, но почему-то решили расстрелять медперсонал, то есть самого Уотсона, фельдшера и двух санитаров. Не то за измену, не то так просто, по причине зимнего солнцестояния. Так вот, стоя у каменной стенки под прицелом дюжины высококачественных английских ружей, Джон чувствовал себя примерно так же – глупо и неуютно. Но тогда здравый смысл в лице подъехавшего полковника МакЛири всё же возобладал над амбициями психопата Эмбриджа. А что будет здесь – неизвестно. Тем более, Джон расслышал приглушённый, очень странный звук, донёсшийся из недр квартиры. Рычание? Собака в съёмной квартире? Странно…
- Мистер Холмс? – сумел выдавить из себя Джон. – Я по поводу квартиры. У вас есть собака? Моё…
- Практикующий врач, воевал в Индии, холост, подходит. Собаки нет.
Выдав эту совершенно несусветную фразу, предполагаемый мистер Холмс развернулся на пятке и прошёл вглубь дома, сделав небрежно-приглашающий жест. Джон потряс головой, чтобы избавиться от ощущения бреда, и последовал за хозяином в гостиную.
- Моё имя Уотсон, Джон Уотсон, - он всё-таки решил закончить фразу. – И я действительно врач, и действительно прошёл войну. Но как вы…
Договорить ему снова не дали.
- Выправка. Кожа длительное время находилась под воздействием прямых солнечных лучей. Вчерашнее пятно от иода на манжете, в кармане сюртука – некий продолговатый предмет, размерами и формой напоминает стетоскоп.
Холмс завершил резкий разворот очень плавным движением и уселся, почти спланировал, в кресло перед камином. Второе предложил (опять же жестом) Уотсону. Тот не замедлил воспользоваться несомненной, хотя и выказанной в непривычной форме, любезностью.
- А почему – Индия, а не, скажем, Афганистан? – кажется, Джон уже немного освоился с манерами хозяина. Во всяком случае, так ему ошибочно показалось на тот момент. – Там тоже… солнечно.
Уголки губ его собеседника чуть заметно дрогнули.
- Вашему загару около полугода. Пароход с демобилизовавшимися из Афганистана военными прибыл меньше месяца назад, а до этого был только в прошлом году. А из Индии…
- Просто, - произнёс ошарашенный Джон. – Так просто… гениально просто…
- Именно, - согласился Холмс, и слегка расслабился, откинувшись на спинку кресла. – Я уже сказал, что вы меня устраиваете в качестве соседа. Восемнадцать шиллингов в месяц, завтраки и ужины, хозяйка – очень приятная женщина, которая не имеет привычки лезть не в свои дела.
Уотсон ещё хлопал глазами, но в душе уже зрел протест. Он не любил сдаваться без боя, даже если это изначально входило в его план. Чёрт, этот человек мало того, что крайне невежлив, так ещё и выпотрошил его, как курицу! Джон ещё раз внимательно посмотрел на фигуру в кресле напротив. Высок, держится чрезвычайно прямо, что делает его исключительную худобу – стройностью. Жёлтые от никотина пальцы. Очень неправильные, на грани уродства, черты, но острый ум в глазах и особая, неповторимая мимика делают лицо даже привлекательным. Ну, незаурядным – это точно. Только сейчас Уотсон сообразил, что его вышли встречать в халате поверх потрёпанной сорочки. Однако! А держит себя так, что полная иллюзия хорошего костюма. С галстуком. То есть воспитание мистер Холмс получил отменное, но почему-то предпочитает им не пользоваться. И всё-таки кто-то рычит… десять к одному, рычит совсем рядом, в чуланчике под лестницей…
- Неврастеник, много курит, - сказал Джон, не переставая удивлённо моргать, - умеет делать достоинства из своих недостатков, в неладах с семьёй. Скорее всего, из-за выбранной профессии частного детектива. Мне подходит.
Не вполне честно, без подсказки Винчестеров Уотсон бы никогда не угадал род деятельности своего визави, но… блеф был не последним инструментом как в охотничьей, так и во врачебной карьере Джона. И он не пожалел о своей выходке, поскольку был вознаграждён дивным зрелищем. Детектив-летописец, или кто он там, вскочил из кресла, как ошпаренный, и забегал по комнате, размахивая руками. Несколько беззвучных проклятий прокатились по гостиной.
- Как же не везёт! – уже вслух. – Только что-то подходящее, и всё сначала… Зачем вы пришли?!
Уотсон не успел прикинуть, с чего бы начать. Дверь подозрительного чуланчика под лестницей с треском сорвалась с петель, и большой ком, состоящий из зубов, когтей и клочковатой пегой шерсти, полетел в спину детективу. Холмс развернулся очень быстро, как атакующая кобра, но он был безоруж…

***

- Вы испортили мой халат, Мистер Охотник.
Брезгливость в голосе Холмса зашкаливала, пока он рассматривал аккуратную дырку в богатой, хотя и слегка потёртой, ткани домашней одежды у себя подмышкой. Джон неуклюже сел, спрятал револьвер под сюртук. Стрелять, лёжа на полу, очень неудобно, отдача обязательно шарахнет в локоть острой болью. Но хорошо хоть пули с утра зарядил серебряные, иначе крайне рискованный выстрел снизу вверх, из-под руки Холмса, оказался бы бесполезным: сталью трэша не взять.
- Он бы испортил ваш халат гораздо сильнее, - заметил Джон, растирая сведённую судорогой мышцу. – Дырочка совсем маленькая, если хотите – я зашью. А если бы вы не дёрнулись невпопад…
- Я бы справился! – окрысился детектив и с досадой пнул носком домашней туфли труп чудовища с размозженным черепом. – А теперь я остался без объекта для исследований.
- Зато с целым горлом, - снова влез Уотсон. Свои шансы на помощь этого человека он теперь оценивал невысоко, и решил не миндальничать. Жаль. И квартира ему понравилась, и недорого… Завтраки…
Холмс внезапно успокоился, плюхнулся в кресло, достал из кармана халата трубку и кисет, неспешно набил табак в чашечку, вытащил щипцами уголёк из камина. Прикурил. Джон тоже перебрался в кресло и выжидал. Он абсолютно не представлял, что последует дальше.
- Рассказывайте, - буркнул Шерлок, выпустив в потолок несколько колечек дыма. – Приберём потом.



Дин чутко спал в позе учёного, задумавшегося над важным открытием: тяжёлая от мыслей голова подпёрта левой рукой, а правая, с оттопыренным указательным пальцем, покоится на странице раскрытой книги.
- Саботажник, - проворчал Сэм, но тихонько, себе под нос, чтобы не разбудить.
Та информация, которую он только что откопал из-под завала рапортов и отчётов, требовала детального осмысления. В основном осмысление сводилось к тому, стоит ли ему, Сэму Винчестеру, застрелиться немедленно, или всё-таки имеет смысл сперва попробовать что-то предпринять. Ситуация виделась ему исключительно в чёрных красках. Просидев ещё минут десять, бессмысленно пялясь перед собой, Сэм глубоко вздохнул и углом пухлого, как Вупи Голдберг, фолианта подтолкнул братний левый локоть. Сложная конструкция, утратив статичность, утратила и устойчивость, и голова Дина скатилась с опоры.
- Амнэ? – промычал старший Винчестер, в последний момент избежав столкновения своего лба с книгой.
- Выпей кофе и послушай меня, - Сэм не стал заострять внимание брата на методах побудки. – Кажется, я серьёзно прокололся. Но кто же мог знать, а?
Дин неопределённо пожал плечами и присосался к большой розовой кружке сплошь в котятах и сердечках. Не то, чтобы он так любил котят и сердечки, но других кружек в Бункере не нашлось, а покупать что-то без этого дерьма было лень. У Сэма, кстати, не лучше: нежно-сиреневая, в цветочках, с оленёнком Бэмби.
- Совсем остыл, - с сожалением произнёс Дин, отставил пустую ёмкость и облизнул верхнюю губу. – Так что у нас плохого?
- Вот отчёт, подписанный сэром Артуром Дойлом. В нём сказано, что Шерлок Холмс и Джон Уотсон были обнаружены мёртвыми в каком-то доме, кажется, на окраине Лондона. У Холмса – остановка сердца, Джон разорван почти напополам. Дата – шестнадцатое октября 1881-го. Сейчас там – четырнадцатое. Два дня, Дин, даже один, потому что уже почти полночь. И я сам подтолкнул эти смерти, ведь если бы не я со своими гениальными идеями, они бы никогда не встретились!
- Расследование было? – коротко выстрелил вопросом Дин. Он уже стряхнул последние следы сонливости и был предельно собран.
- Да. Без результатов. Тупик.
- А смерти от страха прекратились после этого?
Сэм нахмурился и нырнул в бумаги. Вынырнул минут через сорок.
- Прекратились, судя по всему, - сказал он ещё более мрачно. – По крайней мере, я просмотрел годовые сводки по Лондону за двадцать лет после… инцидента.
Тут комментарии не требовались. Да, охотники любят умирать не больше остальных людей, но если это остановит чудовище навсегда… Работа такая. Да и Летописцы, судя по висящему на стене уставу, тоже имели на этот счёт вполне определённые установки.
- Хотел помочь одному, а угробил двоих, - Сэм мерно покачивался на стуле. Его шевелюра стояла дыбом. – И ничего уже не сделаешь, потому что всё уже произошло. Сто с лишним лет тому назад. «Записки о Шерлоке Холмсе» сэр Артур написал не о своём друге, а в память о нём. Чёрт. И мы не имеем права вмешаться.
Он грязно выругался.
- Не утони в соплях, Саманта, - процедил Дин сквозь зубы. – От тебя там ничего не зависело. Они бы встретились и погибли, так или иначе.
И Дин добавил к Сэмовой коллекции ругательств ещё парочку достойных выражений. Переместил загипсованную ногу на табурет, потом стащил её обратно на пол, затем пересел на табурет сам, а травмированную конечность устроил на стуле.
- И что означают сии дислокации? – без особых эмоций вопросил Сэм, наблюдавший за братом. Он прекрасно знал – что.
- Насчёт вмешаться. Охотники своих не сдают, - буркнул старший, глядя в стол. – Даже сто лет назад.
- А Гордон?
- Я имею в виду нормальных охотников. Тебя, к примеру, меня, Джона…
- Ты что, предлагаешь?.. – подозрительно начал Сэм, но его глаза вспыхнули азартными болотными огоньками.
Дин попытался пристроить злополучную ногу на стол, не преуспел, уронил стопку книг и угомонился.
- Предупредить первым делом. Слить всю информацию, что у нас есть сейчас и что будет в течение ближайших суток. Если окажется, что можно помочь как-нибудь ещё – помочь как-нибудь ещё.
Уголки губ у Сэма задёргались, будто он пытался сдержать улыбку. Он и вправду пытался её сдержать.
- А эффект бабочки? – не очень уверенным голосом сказал он. – Нарушим, ёлки-двадцать, ход истории…
- А то не нарушали, - фыркнул Дин. – Ну совсем ни разу. Сэм, ты серьёзно этого боишься? Если получится, просто предупредим Джона, чтобы он представлялся другим именем, и всё! Я никогда себе не прощу, если мы хотя бы не попробуем.
Сэм улыбнулся самой широкой из своих улыбок.
- Гадами мы будем, - прочувствованно заявил он. – Особенно я.
Словно это было каким-то сигналом, Дин выдернул древнее зеркальце из нагрудного кармана рубашки с видом ковбоя, выхватывающего револьвер.
- Джон! – заорал он, всматриваясь в тёмные зеркальные глубины. – Джон! Едят тебя мухи! Трубку давай бери! Где тебя носит?!
- Какая трубка, придурок! – зашипел младший, слегка ошарашенный таким напором. – Девятнадцатый век!
Но выяснить корректность применения термина не удалось: в зеркале появился заспанный Джон.
- Тебе нужен стетоскоп, Дин? Или курительная? Есть и то, и другое, – прожевал он вместе с зевком. – Но хотел бы я знать, что ты будешь с ними делать…

@темы: Жанр: магический реализм, Жанр: реалистическая проза, Рейтинг: pg-13, фанфик

Комментарии
2013-12-15 в 13:49 

Трубка, скрипка, два ствола
***

2013-12-15 в 13:50 

Трубка, скрипка, два ствола
***

2013-12-15 в 13:50 

Трубка, скрипка, два ствола
***

2013-12-15 в 13:52 

Трубка, скрипка, два ствола
***

2013-12-15 в 13:53 

Трубка, скрипка, два ствола
***

2013-12-15 в 13:54 

Трубка, скрипка, два ствола
***

2013-12-15 в 13:55 

Трубка, скрипка, два ствола
***

2013-12-15 в 13:57 

Трубка, скрипка, два ствола
***

2013-12-15 в 13:58 

Трубка, скрипка, два ствола
***

2013-12-15 в 14:00 

Трубка, скрипка, два ствола
***

2013-12-15 в 14:01 

Трубка, скрипка, два ствола
***

2013-12-15 в 14:04 

Трубка, скрипка, два ствола
***

2013-12-15 в 14:07 

Трубка, скрипка, два ствола
***

КОНЕЦ

2013-12-15 в 14:13 

Сашка О.
Он смотрел на меня со сдержанным скудоумием (с)
О да, уже просто вижу, что текст - великолепен. Эта задумка со связью времен! Прелестно просто!
Пойду читать подробно!

2013-12-15 в 14:50 

Сашка О.
Он смотрел на меня со сдержанным скудоумием (с)
Снова я:)
Я прочитала - буквально проглотила текст. Я очень рада Фесту хотя бы потому, что этот текст был написан. Он очень изящный по задумке, очень качественный по исполнению. Он необычный по трактовке героев. В общем, он - замечательный. Отдельное спасибо за юмор автора:)

2013-12-15 в 22:59 

Трубка, скрипка, два ствола
Сашка Огеньская, спасибо большое за добрые слова!
Команда безмерно счастлива!

2013-12-16 в 12:19 

Филифьонка в ожидании
бульканье с кацудна
Дорогая команда, мне так понравился ваш фик! И детектив есть, и приключения, и эмоции! :inlove:

Безумно понравилась завязка - Дин и Сэм знакомят Шерлока Холмса и доктора Уотсона:
Это что, – ТЕ САМЫЕ?! Конан Дойл, Дауни-младший и всё такое?!
:lol:
Сразу фик так классно вписался в нашу реальность! И все эти детали в тексте - когда, например, Джон и Шерлок узнают про собственный музей - так радуют ))) Отдельное спасибо за них!

Сразу оговорюсь, что СПН я знаю плохо (смотрела 4-5 серии всего), но мне показалось, что братья вполне узнаваемы. Холмс и Уотсон, по-моему, получились и не совсем ББСишные, но и не АКДшные, что-то среднее, но мне это понравилось. Очень классное у них начало отношений - какая-то, с одной стороны, антипатия, с другой стороны - интерес. Такая неоднозначная реакция - это всегда интересно. К тому же как-то очень верится, что Шерлок может вызвать противоречивые эмоции :D ОЖП довольно милая, интересный образ и хорошо вписалась в сюжет, нисколько не была лишней.

Сама история очень увлекательная, читается на одном дыхании. Здорово, что нашлось место и для юмора (одни пикировки братьев чего стоят! :D ), и для проникновенных моментов. Стиль очень живой, и сразу заметно, про какое время речь, хотя нет никаких особых языковых "выкрутасов". Спасибо за этот прекрасный текст, обязательно буду перечитывать! :heart:

Баннер хорош, таинственный такой. И иллюстрация очень симпатичная.

2013-12-16 в 14:43 

Филифьонка в ожидании
бульканье с кацудна
Вернулась ещё сказать, что очень классная параллель с сериалом "Шерлок" - наркотик в чае Джона )))

2013-12-16 в 21:01 

Ядовито-розовые ручные ромашки
Отлично! Просто отлично! И связь времен, и Сверхъестественное, и гипс. Жаль, нет портрета Дороти.

2013-12-17 в 01:11 

Трубка, скрипка, два ствола
Филифьонка в ожидании, спасибо!!! Это так приятно читать))

Холмс и Уотсон, по-моему, получились и не совсем ББСишные, но и не АКДшные, что-то среднее - да, АКДшный джентльмен, которого автор фика приглашал в дело, заявил, что либо всей этой потусторонней ерунде находим рациональное объяснение, либо он не согласен. Но без потусторонней ерунды не клеилось, а взрывной социопат из сериала слегка не подходил к 19 веку)) Так что пришлось-таки усреднять))

Вся команда очень старалась, чтобы не было скучно:vict:

2013-12-17 в 01:12 

Трубка, скрипка, два ствола
Ядовито-розовые ручные ромашки, благодарим!!!

Жаль, нет портрета Дороти. - мы над этим работаем)))

2013-12-17 в 01:40 

Poco a poco
Остерегайтесь примешивать к удовольствию усилие.
отличный, просто отличный, преотличнейший текст :hlop::hlop::hlop::hlop::hlop:
понравилось всё-всё :heart: может, теперь рискну СПН посмотреть (первая попытка была неудачная)
Я очень рада Фесту хотя бы потому, что этот текст был написан. ППКС!
замечательные описания, живые характеры, продуманный прекрасный сюжет :vo:
и самое главное, что я невероятно ценю - автор любит всех героев, буквально всех, даже монстров
БРАВО! :red::red::red::red::red:

P.S. Прекрасное оформление - на разделителях для текста иногда хотелось жениться ))))

2013-12-17 в 19:39 

T*Jul
Такой приятный текст. Напряжённый сюжет, живые герои и юмор, который поднимает настроение. :vo:

2013-12-19 в 09:53 

Taala
нехарактерные физические реакции Стива на Баки (с)
Замечательный тест! Просто замечательный!
Такое чувство, что вышла из кино - такая яркая картинка перед глазами :heart::heart::heart:
И кейс, и мистика, и юмор, и броманс - все вместе :inlove:
Каждого героя - обнять и расцеловать, а авторов хочется носить на руках.
Спасибо огромное!
:hlop::hlop::hlop::hlop::hlop:

2013-12-19 в 19:27 

Трубка, скрипка, два ствола
Poco a poco, T*Jul, Taala, спасибо огромное за хорошие слова!

2013-12-20 в 14:26 

What can i do
Думай о галактиках, бэби, они не подведут. (с)
Читала вот прямо глубокой ночью, невозможно было оторваться, очень захватывающая история. Понравилась идея, что Холмс и Ватсон знали самого Дойла и уговорили его подложить тот документ)))
Спасибо команде за увлекательную историю и юмор, вот откуда пошёл обычай ставить подписи на гипсе :laugh: :red: :red: :red:

2013-12-20 в 14:35 

Fr!ela
Ни пык ни мык
Из всех прочитанных на фесте кроссоверов с спн этот мне понравился больше всего. Он большой, с интересным сюжетом и бедным-бедным чудищем.

2013-12-21 в 07:45 

Thousand roads
Команда принесла отзыв, написанный не только по приказу Организаторов Фиалочного феста, но и по велению сердца :heart:

От команды Thousand roads команде Трубка, скрипка, два ствола

читать дальше

2013-12-21 в 07:50 

Thousand roads
Немножко не влезло )) Хвостик к предыдущему посту.

читать дальше

:yolka11::yolka11::yolka11:Поздравляем команду с прекрасной выкладкой и желаем весёлого Рождества и счастливого Нового года! :yolka11::yolka11::yolka11:

2013-12-21 в 19:38 

Bosaya maya
Family freak.
Прекрасный фик! Замечательный стиль, живые герои, оригинальные идеи (например, фэйри-полтергейст в берлоге мне понравился :vo: ), в меру юмора, в меру ангста, очаровательная Дороти (и это её продолжение в качестве миссис Лестрейд...). Просто пиршество для читательского духа!


Отдельные моменты, за которые особенные благодарности

2013-12-22 в 21:46 

dark_seven
born to be... там разберёмся
чудесный фик! замечательно удалось объединить викторианскую Англию и сегодняшний день! Детали просто превосходны - Альбер, буянящий без сливок и сказок - мой мимимиметр зашкалило :). А уж перепалки Холмса и Винчестеров - это просто прекрасно! :lol:

2013-12-24 в 01:18 

Трубка, скрипка, два ствола
Бонусный арт к работе от нашего замечательного аналитика :heart:

Кто там хотел посмотреть на Дороти? :D Миссис Лестрейд собственной персоной :sunny:

Фото в студию!

2013-12-24 в 01:24 

Poco a poco
Остерегайтесь примешивать к удовольствию усилие.
Дороти прекрасна!!! :inlove:

2013-12-24 в 11:36 

T*Jul
Миссис Лестрейд хороша!

2013-12-24 в 20:49 

Bosaya maya
Family freak.
Да-да, примерно так я её и представляла:up:

2013-12-25 в 15:48 

Catold
Полутемный закуток в неизученной системе, вечно делаю не то, не тогда, не там, не с теми (с)
Bosaya maya, T*Jul, Poco a poco, Fr!ela, What can i do, Сашка Огеньская, Филифьонка в ожидании, Ядовито-розовые ручные ромашки, Thousand roads, дождалась деанона, чтобы от себя лично сказать - ОГРОМНОЕ СПАСИБО!!!
Ваши отзывы согрели всю команду и автора этого безобразия)))

2013-12-25 в 15:55 

Poco a poco
Остерегайтесь примешивать к удовольствию усилие.
Catold, позвольте поблагодарить вас ещё раз - потрясающий текст :heart: Настолько живые герои, продуманный подвижный мир, что дышишь вместе с ними каждую строчку и каждое слово. Браво! :hlop::hlop::hlop::hlop::hlop:

2013-12-25 в 16:02 

Филифьонка в ожидании
бульканье с кацудна
Catold, а вы о продолжении не думали? :shuffle:

2013-12-25 в 17:13 

Catold
Полутемный закуток в неизученной системе, вечно делаю не то, не тогда, не там, не с теми (с)
Poco a poco, :buddy: моей заслуги тут мало) мне надо героев только полюбить и им же не мешать, они сами всё сделают) При попытке навязывания своего мнения они просто "уходят в картон")), как чуть было не произошло с Дороти, из которой я попыталась сделать добропорядочную викторианскую девушку))
Спасибо вам! И за шикарный отзыв - тоже)

2013-12-25 в 17:14 

Catold
Полутемный закуток в неизученной системе, вечно делаю не то, не тогда, не там, не с теми (с)
2013-12-25 в 17:18 

Филифьонка в ожидании
бульканье с кацудна
Catold, очень жалко... :small:

2013-12-25 в 17:29 

Catold
Полутемный закуток в неизученной системе, вечно делаю не то, не тогда, не там, не с теми (с)
Филифьонка в ожидании, да ладно) У ШХ отличный талантливый фандом!
и кто знает, что будет дальше?))

2013-12-26 в 15:10 

**yana**
нервный пофигист
Catold, Спасибо большое за прекрасную историю и чудесных героев!

2013-12-26 в 23:38 

Catold
Полутемный закуток в неизученной системе, вечно делаю не то, не тогда, не там, не с теми (с)
**yana**, спасибо!:buddy:

2014-04-14 в 14:52 

!ZANUDA!
работа просто сурер!все очень понравтлось.спасибо,команде!

2014-04-14 в 19:04 

Catold
Полутемный закуток в неизученной системе, вечно делаю не то, не тогда, не там, не с теми (с)
!ZANUDA!, благодарю от всей команды!))

   

Странные истории Шерлока Холмса

главная